Второй сезон сериала Закон каменных джунглей начинается ровно там, где закончился первый. Четверо друзей уже не просто пацаны с района, а люди, которые переступили черту и теперь не могут вернуться назад.

Тим, Гудвин, Вова и Цыпа пытаются жить обычной жизнью, но прошлое их не отпускает. Каждый из них изменился. Кто-то стал жёстче, кто-то начал бояться собственной тени.

Деньги, которые они когда-то взяли, давно закончились, а проблемы только выросли. Теперь на них охотятся не только менты, но и те, кому они перешли дорогу в криминальном мире.

Ребята понимают, что поодиночке им не выжить. Единственный шанс остаться на плаву это держаться вместе и думать головой, а не кулаками, хотя кулаки тоже часто приходится пускать в ход.

В этом сезоне появляется много новых лиц. Некоторые хотят помочь, другие явно играют за чужую команду. Доверять уже почти никому нельзя.

Каждый день приносит новые испытания. То нужно срочно найти крупную сумму, то прикрыть друг друга перед серьёзными людьми, то просто не сойти с ума от всего происходящего.

Дружба, которая раньше казалась незыблемой, начинает трещать по швам. Каждый прячет свои секреты, каждый иногда думает только о себе.

Но когда приходит настоящий кипиш, парни снова встают плечом к плечу. Потому что на районе иначе не бывает. Либо ты со своими, либо тебя просто нет.

Второй сезон стал заметно мрачнее и взрослее. Здесь уже меньше смеха и больше крови, меньше наивности и больше реальности уличной жизни.

Зрителю показывают, как быстро человек может скатиться вниз, если сделал пару неправильных шагов. И как тяжело потом выбраться обратно.

В итоге четверо друзей оказываются перед выбором: продолжать тонуть или попытаться вырваться любой ценой, даже если ради этого придётся стать совсем другими людьми.

Сериал цепляет тем, что всё выглядит очень правдиво. Диалоги, обстановка, поведение героев всё как в жизни, без прикрас и лишнего пафоса.

Закон каменных джунглей второй сезон это история о том, как дружба проверяется на прочность, когда на кону уже не просто уважение на районе, а сама жизнь.